МОСКОВСКОЕ
ОБЩЕСТВО ПСИХОАНАЛИТИКОВЪ
Société des psychanalystes de Moscou

Психоанализ, это чудесное открытие XX века, давно уже стал неотъемлемой частью культуры развитых стран европейской цивилизации, и открытость общества психоанализу сделалась прямой мерой и его развития и его цивилизованности. Его общественное влияние соответствует важности научных открытий, совершенных психоаналитиками в исследованиях человеческой психики и в лечении психических расстройств.

Психоанализом называют: 

 1 ) способ исследования иначе почти недоступных душевных процессов;
2 ) метод лечения невротических расстройств, основанный на такого рода исследовании;
3 ) серию полученных таким способом совместно развивающихся психологических концепций, постепенно составивших новую научную дисциплину

Зигмунд Фройд

Mobirise

Психоанализ, таким образом, представляет собой дисциплину, отдельную от психиатрии, медицинской специальности, занимающейся лечением психических болезней с помощью биологических и психотерапевтических методов; в разработке и применении последних психоанализ играет важнейшую роль. 


Психоанализ также отличается от клинической психологии, методы исследования в которой, например, применение психометрических или проективных тестов, совершенно отличаются от методов психоанализа.

Показания к психоанализу:

После того, как практическая сторона лечения оговаривается в ходе первых встреч с психоаналитиком, процедура сеансов остается неизменной. Пациент лежит на кушетке. Психоаналитик сидит сзади, вне поля зрения пациента. Психоаналитик сообщает пациенту основное правило, которое состоит в том, чтобы высказывать все, что ему, пациенту, приходит в голову, позволяя мыслям свободно следовать одна за другой, даже если эти мысли кажутся ничтожными, абсурдными или непри-ятными для самого человека или для того, кто его слушает. Так начинается процесс, развитие и завершение которого потребуют времени и душевного труда. Сложность возникающих явлений делают затруднительным их схематичное изложение; важнейшими из них являются припоминание, перенос и сопротивление.

Перенос и припоминание: являются движущей силой самого процесса психоаналитического лечения, и состоят в наложении на личность психоаналитика эмоциональных отношений, ранее установившихся в отношениях с теми, кто был важен и значим для человека в прошлом. Привязанность, которая естественно возникает между пациентом и терапевтом в ходе любого лечебного процесса, здесь, в ходе лечебного психоанализа, обретает здесь свою неповторимую ценность и la raison d’être: эта привязанность становится самим инструментом лечения. Постепенно человек узнает и признает, как в отношении аналитика у него возникают те же установки, и те же базовые конфликты, связанные с инфантильной сексуальностью, что возникали у человека в его детстве, даже в самом раннем детстве. Речь идет скорее о припоминании в переживаниях, чем об осознании в интеллектуальном смысле слова: оживление прошлого здесь неотделимо от его постижения. Способность аналитика почувствовать, что приписывает ему пациент, по-чувствовать без того чтобы начать играть предлагаемую ему роль, такая способность позволяет постепенно изменить смысл и влияние воспоминаний и желаний, вытесненных именно по причине их эмоционального заряда. Достигаемое таким образом различение прошлого и настоящего позволяет постепенное избавление от рокового повторения инфантильных конфликтов.

Сопротивления: подобные открытия и подобные переживания не могут не встретить сознательных и несознательных препят-ствий. Анализ этих “сопротивлений” представляет собой одну из основных задач лечения, предоставляя пациенту возмож-ность почувствовать здесь и сейчас эффект сопротивлений, которые и накануне оказывали на него свое влияние. Так до-стигается духовное раскрепощение человека, открывающее перед ним прежде закрытые пути и горизонты.

Психоаналитическое лечение представляет собой поиск правды. Правдивость и подлинность переживаний в рамках самих отношений между пациентом и аналитиком требует для своего достижения соединения трех основных условий:
Строгость и нерушимость рамок психоанализа.
Способность аналитика осмыслять и истолковывать движения души человеческой.
Строгое соблюдение аналитиком этики психоанализа. 

Длительность анализа не может и не должна быть заранее определена. Глубокое и стойкое изменение требует длительной душевной работы, и свобода от ограничений во времени является непременным условием успеха.
Эта свобода имеет обратную сторону в строгости правил касательно числа, регулярности и продолжительности сеансов.
Оптимальное развитие аналитического процесса достигается при частоте от трех до четырех сеансов в неделю.
Регулярность сеансов психоанализа представляет собой неизменную константу, позволяющую почувствовать все колебания и перемены в душевном состоянии пациента.
Длительность сеансов психоанализа должна содействовать свободному излиянию речи пациента. Классические сорок пять минут представляются достаточным временем для сеанса, соответствующим способностям пациентов и аналитиков. 

Продолжительность сеансов фиксирована, и ничто из того, что пациенту, соблюдая основное правило, доведется сказать, ничто не может ни укоротить, ни продлить время, отведенное для его речи и для его молчания. Аналитик, запрещая себе произвольно устанавливать длительность сеанса, таким образом, одновременно уважает и личный ритм пациента и правила своей профессии.
Фиксированная продолжительность сеанса представляет собой важнейший пункт разногласий с другими видами психотерапевтической, или даже якобы психоаналитической, практики сеансов нерегулярной длительности, произвольно прерываемых либо терапевтом, либо пациентом.
Оплата сеансов и способ этой оплаты составляют часть рамок психоанализа. Прямая оплата аналитика пациентом обеспечивает независимость психоаналитического лечения ни от кого другого, кроме этих двух протагонистов. Анализ стоит дорого по причине длительности и дороговизны образования самого аналитика – с одной стороны, и по причине длительности и частоты сеансов – с другой. Поэтому возможны способы финансиро вания третьей стороной: в рамках лечебного учреждения и в рамках медицинского страхования. Такого рода анализы оказываются, до какойто степени, возможны. Их хорошо известные неудобства только подчеркивают преимущества ситуации, в которой пациент сам свободно оплачивает издержки своего лечения. 

Показания к психоанализу постепенно расширялись за счет других регистров психопатологии: например, включая психосоматические заболевания и даже расстройства личности.

Но показания к психоаналитическому лечению не связаны с определенной клинической картиной в медицинском или психиатрическом смысле.
Эти показания зависят главным образом от того, как сам человек относится к своему душевному страданию, к тому, что в глубине души его гнетет и мешает жить счастливо, а также от того, насколько метод психоанализа подходит для его душевной организации. То есть, психоанализ невозможно “прописать” как обычную медицинскую процедуру.
Только психоаналитик, встретившись с человеком, сможет оценить возможность проведения классического психоанализа или иных его модификаций, более подходящих в данном конкретном случае.

Аналитик

Аналитик должен быть способен соблюдать установку благожелательной нейтральности, которая позволяет пациенту проявлять все возникающие у него душевные движения.

Психоаналитическое слушание представляет особую способность, развивающуюся в ходе подготовки будущего психоаналитика. Чувствуя несознательные душевные движения пациента также хорошо, как свои собственные, психоаналитик сможет вернуть пациенту эти открытия в своей речи. Молчание аналитика, сопутствующее его слушанию, не самоцель, но подготовка к истолкованию. К истолкованию, уважающему уникальность каждого человека, а не подгоняющему его под готовые схемы.  

Истолкование на самом деле является исследовательской работой, а не применением какой бы то ни было системы расшифровки данных.

Истолкование требует от аналитика способности одновременно и отождествлять себя с пациентом и признаваться себе при этом в своих личных несознательных установках, а также способность, соблюдая должную дистанцию, справляться с проблемами, создаваемыми для самого аналитика ситуацией переноса.

Таким образом, фундаментальное значение имеют качество и строгость психоаналитического образования.

Этика: Первым следствием основного правила психоанализа, для аналитика, является абсолютный секрет в том, что касается личности пациента.

Техническое требование совпадает здесь с этическим императивом.

Члены «Общества психоаналитиков» и «Общества психоаналитических исследований» обязуются соблюдать этический кодекс, утверждаемый совместно обоими «Обществами».

«Обществам» также вменяется расследовать случаи этических проступков, которые могут быть совершены их членами.  

ПРИКЛАДНОЙ ПСИХОАНАЛИЗ

Под этим термином подразумеваются проводимое психоаналитиками лечение в рамках иной терапевтической практики, отличной от классического курса, и разработанной с учетом специфических потребностей пациента. Психоаналитическая психотерапия обычно проводится в условиях, когда терапевт и пациент сидят лицом к лицу напротив друг друга. Психоаналитик проводит психотерапию в опоре на свой опыт проведения классического психоанализа, адаптируя его к специфическим параметрам каждого отдельного случая.

Психоаналитический процесс может развиваться у детей при условии замены речевых свободных ассоциаций игрой. Психоаналитическое лечение детей значительно продвинулось во второй половине XX века и в настоящее время является неотъемлемой составной частью общего психоанализа. Тоже можно сказать о психоанализе подростков; и здесь применение психоаналитического метода требует технических модификаций.

Индивидуальная психоаналитическая психодрама представляет собой очень своеобразную модификацию лечебного психоанализа. В кабинете, вместе с пациентом и аналитиком, находится группа котерапевтов, участие которых позволяет распределить на них эмоциональные переносы пациента и способствует представлению его внутрипсихических конфликтов.
Семейная, групповая и институциональная психоаналитическая терапия оказались столь же плодотворными применениями метода, отличными от социологических, системных или трансактных подходов к данным ситуациям. 

Классический курс психоанализа

остается самой строгой моделью исследования человеческой психики. Поэтому классический психоанализ остается, для каждого, кто может им воспользоваться, самым эффективным способом лечения, открытия новых путей развития, а для будущего психоаналитика – фундаментальным опытом, на котором зиждется его работа.

При этом классическое психоаналитическое лечение применимо лишь к ограниченному числу людей. Иногда пациент не желает к нему прибегнуть, иногда - не может, потому что особенности его психического функционирования, или социальный контекст, в котором он находится, исключают анализ и делают его практически невозможным.

Психоанализ не является панацеей; известное число неудач его терапевтического применения на самом деле является следствием неадекватных показаний.

Таким образом, специалистам часто приходится рассматривать возможности других форм лечебной работы. Так постепенно были разработаны иные способы применения психоаналитического метода. 

Как бы то ни было, только психоаналитическое образование терапевта и качество его личного психоанализа позволяют ему вести психотерапию, существенно отличную от других ее видов.

Только психоаналитик сможет избирательно учитывать в своей работе перенос и противоперенос, привносить в нее и свое пережитое знание важности рамок терапии и их модификаций, и достигнутый им уровень восприятия психических функций. 

ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

В настоящее время в России не существует никакой юридической регламентации психоаналитической практики. Психоаналитики практикуют в соответствии со своим базовым образованием, либо в качестве врачей-психиатров, либо в качестве клинических психологов.
Почему же не рассмотреть возможность выдачи государственного диплома “психоаналитика” и официального выделения “психоанализа” в отдельную специальность?

Все дело в том, что психоаналитическое образование совершенно несовместимо с юридической регламентацией. Это образование, как никакое другое, требует личного опыта пребывания в аналитической ситуации, а эта ситуация требует соблюдения секрета. Это образование подразумевает переживание процесса своеобразного душевного переворота, качество и степень которого не могут оцениваться по каким бы то ни было академическим критериям.

Ученые общественные организации, каковыми являются «Общество психоаналитиков» и его «Институт психоанализа», яв-ляют собой разрешение противоречия между необходимостью строгого образования и неадекватностью вузовской модели. 

Статус общественной организации и некоммерческого учреждения позволяют избежать всякой двусмысленности в том, что касается чисто личного характера образования, получаемого здесь будущим психоаналитиком. Критерии валидизации «Института психоанализа» и критерии кооптации «Общества психоаналитиков» основаны на коллективной ответственности, обеспечивающей профессиональную дисциплину и профессиональную этику.

Отношение к государственному регулированию психоаналитического образования вообще и решительное отвержение “приватизации” такого регулирования в особенности составляют важнейшие пункты разногласий с владельцами частных “институтов психоанализа”.

Ученый Совет определяет общие принципы и направления психоаналитического образования и дает рекомендации по приему новых членов.

Материалы курса психоанализа

1.1. Зигмунд Фройд (1856-1939) и открытие психоанализа.

Ученичество у Jean-Martin Charcot и переход от неврологического – к психиатрическому, а затем – к психологическому этапу в творчестве Фройда.

1.2. Школы и направления современного психоанализа

США. Психоанализ низводится до “подёнщицы психиатрии” (Freud). Триумф психологии адаптации, психологии целостного Я, всё более укрепляющегося и всё более свободного от конфликтов.

2.1. “Первая топика” или топографическая модель психического аппарата

Архаическая память о незабываемых отношениях с первыми объектами распаляется запоздало (nachtraeglich) и обжигает душу. Запаздывание (Nachtraeglichkeit) травмы связано с абсолютным увеличением либидинозного накала воспоминаний по мере психосексуального созревания.

2.2. Объективация и субъективность

Земля – символ материнского лона, жаждущего плуга и семени своего пахаря, лона плодоносящего, но и всепоглощающего.
Нейронный аппарат представляет собой динамическую систему ассоциаций между либидинозно заряженными следами памяти (энграммами, пиктограммами). Но д-р Фройд предлагает всем желающим завести себе ещё и психический аппарат, который лишь гомеоморфен нейронному аппарату

2.3. “Вторая топика” или структурная модель психического аппарата.

Структурная модель психического аппарата являет собою применение к психоанализу биогенетического закона (Ernst Haeckel) и схемы развития первичных мозговых пузырьков эмбриона (Wilhelm His).

2.4. Влечения и нарциссизм в психическом аппарате

Исходным состоянием протопсихического аппарата, во внутриутробной жизни и во младенчестве, является состояние стремящегося к нулю либидинозного возбуждения – первичный (дообъектный) нарциссизм.
Либидинозные импульсы, согласно первой, топографической модели психического аппарата Фройда, накапливаются в его центральной части – в Несознательности (т.е., в памяти). Прорыв на полюс Сознательности (т.е., в восприятие-внимание) проявится галлюцинациями.

3.1. Прегенитальные фазы

Младенчество, как оргия нарциссического удовлетворения.
Младенчество, как агония нарциссической покинутости.
“Слоновьи капризы матери” – так Жак Лакан объяснял субъективное толкование младенцем отношений с первичным объектом.

3.2. Эдипова фаза

Эдип – герой трагедии Софокла «Oidipoys tyrannos» (430 г. до Р.Х.). «Эдип – как символическая система передачи фундаментального закона» (Lacan). Закона, каковым является «запрет инцеста – универсальное и минимальное условие, отличающее культуру от натуры»

3.3. Фаза латентности

Генитальные цели влечения тормозится новыми вариациями соединения-разъединения влечений. Парциальная сублимация – нежность, уважение и работа по идентификации с родителями – занимает место генитальных домогательств.

3.4. Пубертатный криз

Центральная мастурбационная фантазия остается в пубертате.

4. Невротические структуры

Регрессия влечений к прегенитальным фиксациям при неврозе_ н
родительская семья невротика - возлюбленная тюрьма (Леклер) 

5.1. Нарциссический травматизм

Грубое столкновение с генитально
объектные отношения по типу опоры, уязвимость к прорыву либи
посттравматическая деформация Я - невозможность интеграции...

5.2. Перверсии

Нарциссическая травма недобровольного выбора анатомического...
фетишизм - парадигма перверсий - синтез материнского фаллоса...  
мужской гомосексуализм - на полпути между перверсией... 
трансссексуализм - квазибредовая перверсия... 

6.1. Прегенитальные конфликты

Атака на психические связи и отвержение объектных представлений.
Шагреневая кожа асексуально-доброго реального Я (Dr Jekyll)
враждебная, отсутствующая, парадоксальная, нарциссическая, с
проекция вовне либидинозных импульсов... 

6.2. Патология ранних объектных отношений 

Отец психотика - карикатурное воплощение Закона

7.1. Ранние аффективные травмы

Анаклитическая депрессия...

7.2. Прогрессивная психическая дезорганинизация

Дезорганинизация эссенциальная депрессия - контринвестиция Эроса и услиление субъективная редупликация попытки строить объектные отношения...

8.1. Общая теория куративного действия психоанализа

Пренос на субъекта, предположительно знающего (Лакан)

НАПИШИТЕ НАМ

Общесто открыто для новых участников.